СВЕТ МОЙ, ЗЕРКАЛЬЦЕ....




"Искатель" при вынужденной посадке здорово тряхнуло. Капитан Альварец разбил нос о приборную доску. Несмотря на пристежные ремни.
- Вот зараза... - простонал он. - Кошкин, ты живой?
- Живой... - отозвался штурман Кошкин и выполз из-под кресла. Из лихости он обычно игнорировал ремни. Примерно один раз в декаду это стоило ему нескольких шишек.
- С приездом.
- Еще одна такая посадка - и я откажусь с тобой летать.
- Посадка... - буркнул капитан, осторожно вытирая платком разбитый нос. - Хорошенькое дело... Да тут и планет никаких быть не должно... Натыкали, понимаешь...
- Кто натыкал? - полюбопытствовал штурман.
- Не знаю - кто, а натыкал... Да что ты пристаешь с дурацкими вопросами?! - капитан разозлился. - Лучше скажи, куда это нас занесло!
- Понятия не имею, - тотчас ответил Кошкин. Он склонился над пультом, и его пальцы запорхали по клавишам. - Наш БК, он же - "Кровавый Пес", в отключке. Как и... - Он еще раз пробежался по клавишам. - Как и прочая электроника.
- Просто замечательно, лучше не бывает. - Альварец скривился. - Поздравляю.
- Принимаю поздравления. - Кошкин шаркнул ножкой. - Сделаем разведку?
- Сделаем, сделаем... - Капитан распутал наконец перекрученные ремни, расстегнул их и поднялся. - Ну ладно, ты хоть данные об атмосфере сообщить можешь?
- Могу, - бодро ответил Кошкин.
- Слава богу, - проворчал капитан. - Хоть что-то можешь... Выкладывай.
- Она отсутствует.
- Кто?
- Газовая оболочка, в просторечии именуемая атмосферой, - по-прежнему бодро объяснил Кошкин.
- Вот черт! - Капитан сплюнул. - Опять скафандры. Мне они вот так надоели. - Он резанул себя по горлу ребром ладони. - Стоп! - Он с сомнением посмотрел на штурмана. - Что-то тут не так... Как же отсутствует? А что же нас в таком случае затормозило? Мы же могли в лепешку! - И он выразительно потрогал распухший нос.
- Этого я не знаю. Это мы узнаем там, - штурман указал в иллюминатор.
Капитан тоже посмотрел в иллюминатор.
- Я узнаю, - поправил он. - Я.
- А я? - обиженно спросил Кошкин.
- А ты останешься тут. И постараешься привести в порядок нашего БК. Ясно?
- Ну вот... - заныл Кошкин. - Опять...
- Отставить разговоры! - рявкнул Альварец. - Выполнять приказание!
Оставшись один, Кошкин уныло прошелся по каюте и подошел к компьютеру. Компьютер по-прежнему не работал. Штурман со злостью пнул его ногой. Компьютер обиженно загудел, на пульте зажглась лампочка, свидетельствующая о готовности к работе.
- Ух ты! - от неожиданности штурман едва не сел на пол. - Родной ты мой! Ожил, дорогуша!
Он лихорадочно набрал первый вопрос - о координатах планеты. БК-216 тут же выдал ответ, и Кошкин бухнулся в кресло.
Ответ выглядел следующим образом: "+/- 0".
- Это в какой же системе? - озадаченно спросилКошкин.
Компьютер не ответил. Кошкин задал вопрос о расстоянии до базы. Компьютер незамедлительно выдал: "+/- бесконечность".
- Типичный бред. - Кошкин вздохнул и отключил его. - Налицо сотрясение мозга. Рано радовались.
Тут он спохватился, что, занявшись компьютером, забыл вызвать капитана.
Альварец не отвечал.
- Новое дело. - Кошкин окончательно расстроился и оставил безуспешные попытки. В силу природного оптимизма он не верил, что с ними когда-нибудь может
произойти что-то непоправимое. Но молчание капитана беспокоило его все сильнее. Кошкин очень не любил неопределенности. Поэтому, посидев примерно с полчаса, он не выдержал, влез в скафандр и отправился на поиски.


Кошкин уже довольно далеко отошел от места вынужденной посадки "Искателя", когда в наушниках послышался щелчок, а за ним - треск и слабый, но очень злой голос капитана. Штурман прислушался.
- Какого черта? - говорил капитан. ("С кем это он?" - подумал Кошкин.) - Я, слава богу, в своем уме, а я в своем, и я прекрасно знаю, что настоящий капитан я, а я знаю прекрасно, что я настоящий капитан, и это не удостоверение, не удостоверение это, у меня такое же, и такое же у меня, а твое - липа, липа твое!
"Та-ак... - подумал Кошкин. - Симптомчики. Похоже, сотрясение мозга не только у компьютера. Ну и ну... Не планета, а психушка, ей-богу..."
Он пустился бегом, благо поверхность оказалась идеально ровной, словно отполированной, только кое-где попадались камни, по направлению к высившимся на горизонте остроконечным скалам.
Добравшись до скал, Кошкин увидел картинку, окончательно убедившую его в том, что сотрясение мозга было не только у компьютера.
И не только у Альвареца.
- Приплыли... - обалдело сказал штурман.
У подножия скал, в ярких лучах местного светила, он увидел не одного, а сразу двух Альварецов, похожих друг на друга как две капли воды.
- Сотрясение, значит, штука заразная... - пробормотал Кошкин, безуспешно пытаясь сквозь скафандр пощупать себе пульс.
Увидев потрясенного штурмана, оба капитана Альвареца устремились к нему с радостными восклицаниями. Штурман поспешно отступил и предостерегающе поднял руку:
- Стоп!
Капитаны остановились.
- Вы кто такие?
- То есть как?! - возмутились оба Альвареца. - Ты что, с ума сошел? Это же я! - Кошкин понял, почему речь капитана в наушниках показалась ему такой странной: оба капитана говорили почти в унисон, одинаковыми голосами.
- Насчет того, кто сошел с ума, - ничего не скажу, - пробурчал Кошкин и отступил еще на шаг. - Но попрошу не приближаться. Возможны осложнения. - Он отцепил от пояса аннигилятор и поднял его, демонстративно сняв с предохранителя.
Капитаны замерли, растерянно взглянули друг на друга и возбужденно заговорили, синхронно размахивая руками:
- Понимаешь, я подошел к этому чертову зеркалу, - они одновременно показали на одну из скал, и Кошкин увидел, что она действительно похожа на огромное зеркало, - и только отразился, как мое отражение тут же из него вышло. А теперь доказывает, что он - это я, а я - это он!
- Погодите, - сказал Кошкин. - Сейчас разберемся, - в этом он отнюдь не был уверен. От двойного голоса и мельтешенья четырех рук у него закружилась голова. - Нельзя, чтобы кто-нибудь один рассказывал?
- Можно. - Альварецы кивнули. - Давай я расскажу... - Они запнулись, махнули руками. - Ладно, пусть он расскажет. - И оба капитана замолчали.
- Уф-ф... - выдохнул Кошкин. Он испытывал большое желание почесать затылок. - Так не пойдет. Давай ты рассказывай, - он кинул правому Альварецу. - А ты дополнишь, - сказал он левому. - Хотя нет... - Штурман замолчал и задумался. Капитаны выжидающе смотрели на него. - Айда на корабль! - решительно сказал Кошкин. - Там разберемся.
Альварецы отрицательно мотнули головами.
- В чем дело? - Кошкин нахмурился.
- Очень мне нужно чужаков на корабль пускать, - буркнули капитаны и, одновременно вскинувшись, возмущенно заорали: - Это кто же, интересно, чужак?!
- Опять?! - рявкнул Кошкин. - Говорю же: не пойдет так! Немедленно миритесь - и за мной!
- Я, между прочим, ни с кем не ссорился, - сердито ответили оба Альвареца.
- Миритесь, я сказал! Живо!
Капитаны набычившись смотрели друг на друга.
- Подайте друг другу руки!
Альварецы неохотно подняли руки.
- Ну? Долго вас упрашивать?
Капитаны подали друг другу руки.
Последнее, что успел увидеть Кошкин, была ослепительно белая вспышка.


Очнувшись, штурман долго тряс головой. При падении он ударился затылком и в придачу набил шишку на лбу о переднее стекло шлема.
Придя в себя окончательно, он изумленно огляделся. Все осталось прежним: гладкая, залитая солнцем поверхность планеты, черное небо, таинственная скала-зеркало.
Не было только капитанов.
- Вот черт... - растерянно пробормотал Кошкин. - То сразу двое, то вдруг ни одного... - Он еще раз огляделся.
- Кошкин... - услышал он вдруг и чуть не упал от неожиданности. Голос был растерянным, робким, но Кошкин сразу узнал его, потому что это был голос Альвареца. - Кошкин, ты как, а?
- Н-нормально... А ты где?
- Н-не знаю... Вроде бы здесь...
- Где - здесь?
- Возле тебя.
Кошкин отчаянно завертел головой, насколько позволял скафандр.
- Не вертись, голова отвалится, - сказал Альварец. - Все равно не увидишь. Я и сам не знаю, есть я еще или меня больше нет.
- В к-каком с-смысле? - спросил штурман и почувствовал, что у него застучали зубы.
- В каком, в каком... - проворчал незримый Альварец. - В самом прямом. Это все ты. Миритесь, миритесь! Мог бы, кажется, и сам догадаться, что отражение - оно же должно быть из антивещества.
- Аннигиляция?! - ужаснулся штурман.
- А что же еще?
- П-погоди... А ты как же?
- Как же, как же... Нет меня, понял?! То есть я, конечно, есть, но нематериальный. То есть невещественный, понятно?
- А... а к-какой?..
- Какой, какой... Физику учить надо было. Еще в школе. Или, по крайней мере, в Школе Космогации не сачковать. Я теперь не из вещества, а из энергии. Энергетический сгусток, так сказать.
Кошкину стало нехорошо. Он сел на обломок валуна и глубоко задумался. Видимо, Альварецу стало его жаль, и он ободряще сказал:
- Да не расстраивайся ты так. С кем не бывает... Когито, эрго сум, все в порядке.
- Что? - убито переспросил штурман.
- Это по-латыни. Мыслю - следовательно, существую. На базе что-нибудь придумаем.
- До базы еще добраться надо, - вздохнул Кошкин.
- Доберемся, - уверенно пообещал Альварец. - Что с компьютером?
Кошкин рассказал.
- Н-да-а... Хотя... Слушай, - возбужденным голосом заговорил невидимый Альварец. - Плюс-минус бесконечность, говоришь? Это же... Ну-ка, - оборвал он сам себя. - Сможешь влезть на скалу?
Кошкин смерил взглядом высоту, пожал плечами.
- То же мне - Эверест, - сказал он. - Конечно, смогу. А зачем?
- Надо, надо... Посмотри, что за этими скалами, и сразу же назад. Понял? Только не становись против зеркала, потом хлопот не оберешься...
- Сам знаю... - буркнул Кошкин, поднялся и зашагал к скалам.
На вершину он забрался неожиданно легко. Присев на выступ и немного отдышавшись, Кошкин внимательно осмотрелся. Картина, открывшаяся его взору по ту сторону скал, была очень похожа на ту, которая осталась за спиной.
Отдохнув, штурман решил продолжить путь и, спустившись, рассмотреть все поближе. Но, спустившись вниз и пройдя несколько шагов, он вдруг услышал голос Альвареца:
- Ты почему вернулся?
- Куда? - Кошкин ничего не понял. - А ты откуда взялся?
- Как это - откуда? - в свою очередь удивился капитан. - Тебя жду. Я же сказал: разведай обстановку по ту сторону скал. Есть у меня идея... А ты до вершины долез - и вернулся. Трудно, что ли?
- Н-не трудно... Я не возвращался... Я дальше пошел... - Штурман замолчал, пытаясь осознать происходящее. Альварец, по-видимому, занимался тем же.
- Странно, странно... - сказал он. - Попробуй еще раз, а?
Кошкин попробовал еще раз. Результат остался прежним.
- Еще? - спросил штурман.
- Хватит, - ответил капитан. - Суду все ясно. То есть ничего не ясно. Той стороны нет вообще. Есть только эта. Плюс-минус бесконечность. Компьютер прав.
- В каком смысле? - Кошкин ничего не понимал.
- В смысле бесконечности. Похоже, мы с тобой залетели на край света. То-то здесь черт-те что творится. Торможение наше... Чуть в лепешку не разбились, и обо что? О пустоту. Скалы, имеющие только одну сторону... Зеркало это...
- А что? - тупо спросил Кошкин. - Что - зеркало?
- Конечно, это не зеркало, - задумчиво сказал Альварец. - Это какой-то естественный генератор материи... и антиматерии... И вещество планеты не реагирует ни с веществом, ни с антивеществом... Интересно, интересно... Эх, на Землю бы сейчас! - с досадой сказал он.
- Не выйдет, - угрюмо заявил Кошкин. - Даже на базу не выйдет. Плюс-минус бесконечность. Как тут курс рассчитаешь? Да и горючее... - Он махнул рукой.
- Н-да-а... Курс... Горючее... Курс, горючее... - забормотал невидимый, но мыслящий и, следовательно, существующий Альварец. Вдруг он вскрикнул. Кошкин испуганно подскочил.
- Ты что? - спросил он.
Капитан не ответил.
- Капитан! - закричал Кошкин. - Ты где?
Альварец молчал. Кошкин в изнеможении опустился на камень.
Так он просидел довольно долго, безуспешно борясь с охватившим его оцепенением. Наконец поднялся и, взяв в руки брошенный аннигилятор, медленно повернул широкий раструб к груди.
- Ты что задумал? - раздался вдруг знакомый голос.
Услышав его, Кошкин чуть не сошел с ума от радости.
- Что ж ты молчал? - закричал он.
- Я не молчал, - ответил Альварец. - Я летал.
- Как это? - Кошкин захлопал ресницами.
- Так. Без руля и без ветрил.
- Так не бывает, - сказал Кошкин.
- Бывает. Я же теперь невещественен, - пояснил капитан. - Я теперь сгусток энергии. Могу летать куда хочу. Без всякого курса и без всякого горючего, я сразу не сообразил. Ну, ничего. Теперь все будет в полном порядке. Улавливаешь мысль?
- Не-а, - честно ответил Кошкин.
- Сейчас уловишь, - бодро пообещал капитан. - Иди к зеркалу.
- Зачем? - Кошкин опешил.
- Затем, что ты сейчас отразишься, потом аннигилируешь со своим двойником, превратишься в сгусток энергии, и мы вместе полетим на базу. Понял?
- Понял, - штурман с готовностью кивнул.
- Что ж ты стоишь?
- Боюсь.
- Боишься? - рассердился Альварец. - А совесть у тебя есть? Как других в энергию превращать, так пожалуйста, а как самому, так "боюсь"!
Кошкин повернулся и на негнущихся ногах направился к зловещему зеркалу.
- Смелее, смелее, - подбадривал капитан. - Не так страшна аннигиляция, как ее малюют. Как только он выйдет, ты с ним сразу же поздоровайся. За руку.
Кошкин остановился в нескольких шагах от зеркала и с испуганным интересом заглянул в него. Увидев свою фигуру, свое бледное лицо за стеклом шлема, широко раскрытые глаза, он слабо усмехнулся.
Его двойник медленно вышел из полированной поверхности. Кошкин нахмурился, вздохнул и протянул двойнику руку.


Коротко об авторе: ~~~~~~~~~~~~~~~~~~ Даниэль Клугер, Реховот (Израиль) - по образованию медик, был директором Симферопольского филиала идательства "Текст", участвовал во Всесоюзных литературных семинарах, автор многих книг, как фантастических, так и детективных, ныне редактор русскоязычного журнала "Алеф".

Из сборника: Наши в космосе: Фантастические произведения. -
М.: ЭКСМО-Пресс, 2000. ISBN 5-04-004837-8
назад: ИНЦИДЕНТ <<

Даниэль Клугер. Невероятные приключения штурмана Кошкина
   ДЕРЕВЕНСКИЕ РАЗВЛЕЧЕНИЯ
   КОМПЬЮТЕР ПО КЛИЧКЕ "КРОВАВЫЙ ПЕС"
   КАК СЛОВО НАШЕ ОТЗОВЕТСЯ
   ИНЦИДЕНТ
   СВЕТ МОЙ, ЗЕРКАЛЬЦЕ....